Архив новостей
понвтрсрдчетпятсубвск
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      
Фотогалерея
Главная Кроме того Ласточки прилетели

Ласточки прилетели

12 сентября 2018
Ласточки прилетели

 Ласточки прилетели весной и стали обустраивать жилище на потолочной балке старого сарая, в котором висели заготовки для шитья сбруи. Дед был знатный шорник - шил сбруи и сёдла для лошадей. Конный извоз всё ещё был необходимостью, несмотря на то, что в вдоль Московского тракта протянули железную дорогу, работа у Евсея Григорьевича Черепанова была. Ещё вчера он собирался разобрать ветхий сарай, но коль уж в нём обжились благословенные ласточки, решил отложить это дело на будущий год. Да и тяжко одному-то, сын и сноха померли от чахотки, а оставленный на дедово попечение внук был ещё мал. Работы и без того непочатый край, хозяйство хоть и небольшое - коровёнка, да кобыла Баська с жеребёнком, а всеж-таки ухода требует, да ещё огород, да заказ на богатую сбрую с бубенцами. Подошёл на прошлом базаре мужик в галифе с лампасами, смотрел сбрую, и поближе и подальше, потянет, подергает, чуть ли не жует – чует ладную работу, а потом и спрашивает:

- А красивее сделать сможешь?
- С бубенцами, что ль? – уточнил деловито дед Евсей.
- И с лентами, старик, да такую, чтоб в радость и глазу, и уху, а невесте и жениху в сласть.
- Могём. Почему не смочь? Только  красота, она денег стоит: и бубенцы разные бывают и ленты. 
- А это уже моя забота!
И заказал тот генерал – не генерал, кто их знает, но по форсу – не меньше генерала, заказал парадную сбрую для конной пары, сына женить задумал, в сваты на медовый спас собрались, для того и сбруя, чтобы невеста покладистей была. Отдал генерал задаток, назначил день и ушёл. Вот деду с внуком заделье!
Десятилетний внук Костька, рос не по дням, а по часам, дед никогда его не ругал, но за провинность отказывался с ним разговаривать, и было это страшным наказанием, поскольку у них никого в доме больше не было, ни тебе поговорить, ни тебе спросить чего-нибудь. Мальчишка рос шустрым и самостоятельным, мог сам себе сготовить, да и люди его видят, то с удочкой на заре, то с корзиной полной грибов или ягод, то с силками на тетерева. Одним словом, чем мог помогал деду. Вот и в этом деле помощник понадобился, целый месяц они работали над этим заказом, огрубевшие от шорной работы руки деда Евсея  и то были исколоты шилом, не говоря уж о мальчике. 
И вот настал канун назначенного дня, пятница и суббота - значит базарный день в Болотной. Дед с внуком снарядились в дорогу, запрягли кобылу, сложили ягоду, сушеный гриб боровик, солёные белые грузди в малой деревянной бочке, так сгоношились – все помаленьку, и выдвинулись не спеша. А ласточки радуются, стригут воздух. 
-  Глянь, Коська, потомство скоро прибудет, радуется-то как, дурачье! 
- Так есть уже, деда, полное гнездо птенцов!
- Ты гляди, не озоруй.
- Да, я только поглядел, деда, я знаю, я их жалею.
А у края села их догнал жеребёнок и, склонив голову, зашагал рядом с матерью. Мальчик крикнул: 
- Дед, Ворон за нами увязался, прогнать?
- Не надо, ему в мамке вострая необходимость, подсосный ещё, никуда от неё не денется. 
Дорога была долгой, считай сорок вёрст с хвостиком, мальчик сидел на краю телеги, болтал ногами, в голове от безделья роились вопросы:
- Дед, а дед, чегой-то эта дорога Московской зовётся, ведь Москвы у нас нету?
- Дык она в Москву и идёт, - начавший было дремать ответил Евсей.
- Так далеко? 
- Далеко и ещё дале. Раньше по ней ямщики ездили, людей возили, грузы разные, в Москву пушнину да масло, оттуда струмент, да проча, чего у нас не делали. Опять жа почту возили, да каторжных гоняли, и разбойные люди тут бывали, ямщиков да почтовых грабили.
- Дед, а бабы на речке говорили, что батя твой каторжанин был.
- Бабы – это люди страшные. Да пусть трещат, на каждый роток не накинешь платок, а батька мой одной конторской нюхалке зуботычину выписал, - оживился дед. – Хорошо так приложился!
- Так нечто за это на каторгу, вон сосед наш кажный день жене тумаков отвешивает, и ничего не сослали.
- Так то бабу, слегка, это для порядку, а батька мой дюже здоров был, подковы разгибал, вот и приладил чуть лишку, с горяча, дык чиновник этот вовсе дураком сделался. А неча Столыпинские подъемные воровать, не тебе дадены.
- Дед, а почему Болотное? На болоте что ль люди стали жить?
- Речка там Болотная, от неё и назвали.
- А у нас-то речка Ояш, а мы Бибеево зовёмся
- Ояш - по-татарски яма значит, речка глубокую яму промыла, а деревня Ояш есть подалее нас, там, по Московскому тракту. А наше село от первого жителя так зовётся, Бабей его звали.
Дед замолчал, и по ходу снова стал клевать носом, Костька достал из сумки большой огурец, съел до горького, выкинул остаток. Ему стало скучно, он пошевелил кобылу Баську ивовым прутком и она прибавила ходу, жеребёнок тоже ускорился, стало веселей. Так за разговором да дремотой и доехали. Встали на ночёвку прямо на базарной площади, место удобное нашли, перекусили, чем бог послал: вяленое мясо да сушеная рыба, лучёк, квасок и спать - внук на телеге, а дед под телегой. Лошадь с телеги сено тягает, жует, фыркает. Вороненок рядышком с матерью в пах ее тыкается, хорошо, мирно, в сон клонит.
На рассвете деда разбудил крик внучка: 
- Деда, жеребчика попятили, что делать будем?! Говорил же, цыгане тута, доглядывать надо!
Евсей подскочил, ударился головой о телегу и с причитаниями заметался по площади, люди, ночевавшие там же, сочувственно кивали, но никто ничего не видел. Тут кобыла Баська, привязанная к столбу, затопала, дёрнулась, порвала уздечку и побежала вдоль Московской. Дед с внуком - за ней, она встала у чьих-то покосившихся ворот, наклонилась, втянула широкими ноздрями воздух, отошла на шаг и стала бить передними копытами по воротам. Била она до тех пор, пока не сломала воротину в щепки. Когда остановилась, из проёма показалась черная голова жеребенка Ворона, он радостно по-детски заржал, перепрыгнул через обломки и уцепился за материнское вымя.
Собралась толпа, и дед с внуком, ошалевшие, смотрели на все это, потом внезапно все вспомнили, что есть ещё дела и двинулись каждый в свою сторону. Костька спросил: 
- Дед, и чего, даже разбираться не будешь, ведь украли они жеребчика?
- Нет, не буду, им совесть видно не жмёт, вишь, даже не вышли, пускай ворота теперь чинют.
- Струхнули они! Да, деда? В штаны-то нашмякали! А? Да и некогда нам, да деда? А то и ты в каторгу угодишь. А у нас ласточки дома, - почему-то вспомнил Коська.
- Да, у нас ласточки птенцов скоро обучать будут, нам некогда, - поддержал дед. - А Баська-то какова, умная она у нас, а попы говорили, будто у коней души нет, у них душа шире человеческой, не всякая баба так может.
День был хороший, светило яркое солнце, запахи разносились неповторимые. Тут тебе и янтарный тягучий мёд, и колыванские калачи, и топлёное масло, тянуло жареным мясом. В ремесленном ряду пахло дёгтем и дублёной скрипучей кожей. Ребятишки бегали смотреть на проходящие паровозы, потом радостные и подкопченые угольной пылью возвращались на площадь. Для Евсея с внуком день был удачный. Довольный генерал забрал парадную сбрую, сполна расплатился, да ещё дал малость сверху, уж больно хороша получилась сбруя. Понял, что на красоту дед ни денег, ни души своей не пожалел. Всё привезённое продали, сторговали жеребёнка, к зиме заберут, значит, зима добрая будет, сытая. Инструмент прикупили, колесо на телегу, муки да кож, для работы. В Болотном и мельница есть, и кожевенная мастерская - всё своё - добротное. 
Потихоньку вернулись домой, счастливые и уставшие. Дома радостным щебетаньем встретили их ласточки - пять ластушат и их родители сидели на заткнутой под балку удочке. Острокрылые птицы радостно и шумно призывали достаток и удачу в добрый их дом.
 
Нина Михайлова
 

 

Комментарии (0)

Реклама
Каталог организаций